Глеб Беляков об альтернативах Telegram: FidoNet и анонимность

В российских соцсетях активно обсуждается возможность полной блокировки Telegram с апреля 2026 года. В Госдуме подобные слухи называют несостоятельными, а Роскомнадзор отказывается от дополнительных комментариев, ссылаясь на ранее сказанное.

10 февраля 2026 года Роскомнадзор объявил о новых ограничениях для Telegram, ссылаясь на несоблюдение российских законов, недостаточную защиту персональных данных и мер против мошенничества. Пользователи в тот период жаловались на нестабильную работу мессенджера. Основатель Павел Дуров предположил, что власти таким образом стимулируют переход на отечественные аналоги. Позже телеграм-канал Baza сообщил, что блокировка может начаться с 1 апреля, но в Роскомнадзоре эту информацию не прокомментировали.

Для тех, кто знаком с историей интернета, нынешние события не кажутся чем-то исключительным. Люди ранее обходились минимальными техническими возможностями, и повседневные проблемы зачастую были важнее.

Петербургский IT-инженер Глеб Беляков, работающий в сети с 1994 года, наблюдал разные этапы регулирования интернета. Он вспоминает, что в раннюю эпоху популярным средством общения была сеть FidoNet — полностью независимая и некоммерческая, существовавшая благодаря энтузиастам.

На пике развития FidoNet насчитывала около 40 тысяч узлов по всему миру, за каждым из которых стоял человек с компьютером и проводным телефоном. Общее число пользователей достигало 1,5 миллиона. С появлением графического интернета, не требующего навыков программирования, сеть быстро потеряла популярность.

Сегодня в мире осталось лишь около 1200 узлов FidoNet, причём активных пользователей, вероятно, ещё меньше. На российских ресурсах периодически появляются сообщения о закрытии узлов из-за отсутствия времени у администраторов.

Однако проблемы с доступом к мессенджерам и соцсетям заставляют некоторых задуматься об альтернативных способах связи. В шутку даже предлагается возродить FidoNet для нового поколения.

Из 1200 мировых узлов 390 находятся в российском сегменте. «Фонтанка» поговорила с Глебом Беляковым о том, возможен ли возврат к старым технологиям и как они соотносятся с современными требованиями к приватности.

На вопрос о том, что представляет собой FidoNet сегодня, Беляков отвечает: «Честно говоря, она мертва. В лучшем случае — полумёртвая». Он объясняет, что технология никогда не была удобной для обычного пользователя, требуя навыков на уровне опытного учителя информатики. Всё приходилось настраивать вручную, автоматизация практически невозможна из-за архитектуры сети.

На вопрос о создании удобного интерфейса инженер отмечает, что попытки были, но они проваливались, потому что технология не позволяет сделать разумные предположения о внешнем мире без ручного ввода данных.

FidoNet работала под различными ОС, включая DOS, Windows, OS/2 и Linux, но сегодня запустить старые программы сложно — они могут зависать или выдавать ошибки.

Сеть состоит из трёх основных программ: mailer для пересылки пакетов, tosser для их обработки и читалка для сообщений. Их необходимо было вручную согласовывать друг с другом.

Беляков скептически оценивает возможность использования искусственного интеллекта для администрирования узлов. «Когда ИИ не хватает информации, у него начинаются галлюцинации», — говорит он. По его мнению, ИИ станет придумывать данные, что приведёт к неработоспособности сети.

В FidoNet не было и не могло быть анонимности. Все данные, включая фамилии и телефоны администраторов узлов, публиковались в открытом доступе. «Для товарища майора наш переход в FidoNet будет огромным плюсом. Мы сразу все будем с номером телефона и адресом на лбу», — отмечает Беляков.

Государство может перехватывать сообщения, но мешать общению технически сложно — сеть найдёт обходные пути. Однако, как шутит инженер, майор может просто прийти к администратору узла домой.

Скорость передачи данных зависела от модемов. При скорости 14 400 бит/с можно было передавать около 1638 байт в секунду. Сообщения проходили через цепочку узлов, что замедляло доставку. Сегодня, с использованием оптоволокна, скорость могла бы быть выше, но всё равно ограничена промежуточными узлами.

Теоретически, через FidoNet можно пересылать файлы и голосовые сообщения, но на это уходило бы много времени. Чтобы адаптировать технологию к современным требованиям, её пришлось бы кардинально переделывать.

Беляков упоминает современные децентрализованные сети, такие как I2P, Yggdrassil и Mycelium, где обеспечена высокая анонимность. Также есть приложение Briar, использующее Bluetooth и Wi-Fi для обмена сообщениями без интернета.

Сеть TOR, по словам инженера, остаётся анонимной, если пользователь не допускает ошибок. Посадки происходят из-за мета-информации, а не через взлом самой сети.

Беляков приводит слова Марка Твена: «Цензура — это то же самое, что сказать взрослому мужчине, что он не может есть стейк, потому что его не может прожевать младенец». Он считает, что вопрос не в том, что скрывать, а в праве на приватность.

Как альтернативу можно рассматривать сетевые игры, где есть чаты, но как только аудитория растёт, внимание властей усиливается.