Домрист Андрей Панченко о бас-домре и народной музыке
Андрей Панченко служит домристом в академическом оркестре филармонии. Вопреки распространенному мнению, оркестр не состоит исключительно из пожилых балалаечников — в нём много молодых артистов. Музыкант использует бас-домру, крупный инструмент с глубоким бархатистым тембром.
В беседе он рассказал о своём пути в музыке и особенностях народного инструмента.
«Концертный, виртуозный и красивый инструмент»
В музыкальную школу Андрея привела мама, когда ему было пять лет. Выбор домры оказался случайным: мать обратилась к первому встречному педагогу в коридоре.
«Это был первый проходящий мимо нее по коридору педагог, — смеется музыкант. — Она зашла в музыкальную школу и спросила: «К кому можно сына записать?» Он уточнил, на какой инструмент. А она ответила: «Да на любой!» Так я и стал домристом».
Панченко считает эту встречу судьбоносной. По его словам, большая удача, что тогда он попал именно к преподавателю домры.
«Никогда, ни на секунду не хотел сменить инструмент. И трех струн достаточно, чтобы выразить всю палитру эмоций. Домра — инструмент виртуозный, последние десятилетия активно развивался в репертуарном плане. Давно не только народные вариации играем. Такой концертный, виртуозный и красивый инструмент».
Артист играет на бас-домре, которая крупнее малой и издает низкие звуки. Исторически домру делали из тыквы, позднее стали использовать дерево.
«Каждому новому знакомому хочется, конечно, рассказать об истории домры, — признаётся Андрей. — В начале XVII века ее и балалайку запретили, сжигали инструменты. И вот домру только в конце XIX века в Петербурге один идейный музыкант возрождал. И преуспел. Я и русскую музыку, и инструмент воспринимаю как часть себя. Мало было раньше популяризации народной музыки, и как-то она в массовом сознании ушла в какое-то забвение. Многие же не знают, как звучит домра, да даже балалайка, — это удручает», — пожимает плечами Андрей.
«Мы все профессионалы, у нас рабочие моменты»
Русский академический оркестр Новосибирской филармонии отличается разнообразным составом — от ветеранов до юных талантов.
«Молодежи у нас прямо больше стало. Коллектив очень дружный. У нас же и симфонический оркестр здесь есть большим составом. Не сказать, что терки, но шутим иногда друг над другом. За сцену не дрались ни разу, — улыбается домрист. — То, что споры у нас могут быть, — это скорее такое детское представление. Мы все профессионалы, у нас нет терок, у нас рабочие моменты».
Андрей отмечает, что, будучи исполнителем народной музыки, он не ограничивается ею в личном прослушивании. Музыканты, по его мнению, являются настоящими меломанами. Он рад возросшему интересу к русским оркестрам и культуре.
«Знаю, что огромный зал у нас собрала Надежда Кадышева. Я сам не ходил, но помню, еще в детстве слушал ее концерт с бабушкой. Она еще тогда популярная была! Почему нет-то? Наша внутренняя сила — в русской музыке. Неважно, какой инструмент, балалайка, домра, баян. Через русскую музыку, русскую культуру, я думаю, наша нация будет крепче и сплоченнее», — уверен домрист.
В настоящее время оркестр готовится к мировой премьере. Композитор Эльмир Низамов написал для международного фестиваля кантату «Сибирская сага» для оркестра, хора и солистов. Подготовка осложняется масштабом события.
«Это очень масштабная работа. Много сил, репетиций уходит, и мы стараемся ради отличного результата. Иногда в такие моменты жалко, что играешь на сцене, потому что хочется со стороны послушать», — сетует артист.
