Русский музей открыл выставку Шишкина

Русский музей представил новую монографическую выставку, посвященную творчеству Ивана Шишкина. Экспозиция под названием «Иван Шишкин. Русский лес» собрала около 120 произведений из разных собраний — не только из Русского музея, но и из Третьяковской галереи, Государственного музея изобразительных искусств Республики Татарстан, Национального художественного музея Республики Беларусь и других. В отличие от проекта пятилетней давности, где показывали только собственную коллекцию с акцентом на графику, сейчас графика занимает лишь один небольшой зал, а основной акцент сделан на живописи.

Зеленый цвет стен и портьер усиливает впечатление от шишкинских лесов, хотя некоторые посетители отмечают, что такой дизайн может красть оттенки в живописных залах. В то же время камерный зал с черно-белыми офортами, где стены окрашены в серо-зеленый, выглядит особенно гармонично: цвет словно «озвучивает» недосказанность графических листов.

Куратор выставки Сергей Кривонденченков в каталоге приводит слова Шишкина о том, что «картина должна быть полной иллюзией», а для этого необходимо всестороннее изучение сюжетов. Кривонденченков обращает внимание: даже маленькие этюды художника можно увеличивать — качество не теряется, прорисованы каждая травинка и листик. «Не случайно говорили, что Шишкин знает природу учёным образом», — отмечает куратор.

При этом и Кривонденченков, и заместитель директора по научной работе Григорий Голдовский подчеркивают: картины Шишкина — не просто фиксация, подобная фотографии. «Это отнюдь не фотографическое изображение, потому что всё, начиная от выбора темы, от выбора мотива, от композиции, от составляющих этого мотива, от ритмики и до колористического воплощения — всё это выглядит так, как будто иначе это и воспринимать, и воспроизвести нельзя», — поясняет Голдовский.

Экспозиция построена одновременно по хронологическому и тематическому принципу. «Вы сможете увидеть развитие пути живописной манеры, начиная с первой академической картины 1856 года „Вид в окрестностях Санкт-Петербурга“ и заканчивая последним полотном „Корабельная роща“ 1898 года», — рассказывает Сергей Кривонденченков. Среди представленных шедевров — «Утро в сосновом лесу», которое Третьяковская галерея никогда не снимает с экспозиции, «Рожь», знакомая многим по советским учебникам, «Рубка леса» 1867 года, «Лесная глушь» 1872 года (за эту работу Шишкин получил звание профессора) и «Лесные дали» — образец эпического шишкинского простора.

К выставке реставраторы Русского музея восстановили две оригинальные большие рамы — к картинам «Дубы» и «Корабельная роща». Рама к «Дубам» поступила в музей после революции, в 1924 году, но с конца 1950-х годов хранилась в фондах и не сопровождала полотно около 70 лет. «Именно для этой выставки было принято решение привести её в экспозиционный вид», — говорит сотрудник отдела реставрации картинных рам Мария Брюквина. Реставраторы укрепили раму, исправили расхождения в углах, стабилизировали грунт и подвижные участки мастичного декора, восполнили утраченные элементы — в частности, лепные желуди, которые продолжают сюжет картины за пределами холста.

В зале офортов можно увидеть графическую версию «Дубов» — Шишкин не рассматривал офорт как репродукцию живописи, а считал самостоятельным искусством. «Здесь есть и лесные дебри, его любимые, и поляны, залитые солнцем, есть поле ржи», — перечисляет старший научный сотрудник отдела гравюры Галина Павлова. Она обращает внимание на офорт «Ночь», который первоначально назывался «Дубки», но художник затемнил его дополнительным травлением акватинтой, превратив в ночную сцену. Любимый лист Павловой — «Обрыв», где изображена изба на краю обрыва с разрушенным колодцем или погребом под ним.

По мнению Галины Павловой, в таких работах можно увидеть не только красивый пейзаж, но и скрытый смысл, символизм: «Изба на обрыве — это и русская судьба, и в то же время какая-то неприкаянность, разруха, можно сказать, и в то же время красота, которую Шишкин видел во всём этом».

Один и тот же сюжет можно увидеть и в цвете, и на рисунках — рядом с картиной «Утро в сосновом лесу» представлены два эскиза, на которых медведи нарисованы самим Шишкиным, хотя на готовом полотне их написал Константин Савицкий, друг художника. Почему потребовалась помощь — в музее затрудняются ответить. Однако объясняют, почему подпись Савицкого отсутствует на этикетке: «Почему Третьяков убирает фамилию Савицкого? Потому что для него главное — не анималистическая составляющая жанра, а изображение природы. Вот это утреннее состояние соснового бора, туман — он рассеивается, и это создаёт атмосферу картины», — говорит Кривонденченков.

Открытие выставки приурочили ко дню основания Русского музея. На исторической фотографии, показанной директором Аллой Маниловой, Иван Шишкин запечатлен на торжественном открытии музея в 1898 году. По словам Маниловой, художник мечтал дожить до этого события: «Приход в Русский музей на торжественное открытие стал последним публичным выходом Ивана Шишкина, когда за ним закрылась дверь его мастерской, и он отошёл от мольберта».

Логичным завершением выставки стала картина «Корабельная роща» — последнее монументальное полотно мастера. «На следующий день Ивана Ивановича не стало, то есть это своеобразное завещание, — поясняет Кривонденченков. — Но с точки зрения истории искусства, это замечательный памятник самому художнику, потому что здесь, несмотря на немолодой возраст автора, чувствуется крепкая рука, уверенно выполненная композиция, прописанная каждая мелкая деталь, природная форма. Обратите внимание: песчинки, камушки, кора деревьев — это собирательный образ таланта художника. Вот к этому он шёл, этого он достиг. Причём, в отличие от ранних произведений, он великолепно справляется с передачей световоздушных перспектив. Вот это освещение, которого он избегал в ранних работах, уже очень убедительно, естественным образом, будто приглашает нас прогуляться по сосновому бору».