KGallery показывает миф об эпохе оттепели
Кураторы KGallery сознательно избегают глубокого анализа исторического периода оттепели. Вместо этого они выявляют черты эпохи, которые прочно вошли в отечественную культуру и остаются востребованными. Выставка «Долгая счастливая жизнь» напоминает погружение в жизнеутверждающий миф, подобный солнечной реальности сериала «Оттепель».
С чем ассоциируется «оттепель»?
На небольшом временном отрезке с 1953 по 1968 годы в СССР сконцентрировались многочисленные культурные явления, породившие разветвлённые мифы. Эта ситуация аналогична восприятию девяностых годов, которое общество осмысляет уже более двадцати лет.
Образ оттепели в российском мейнстриме сформировался под влиянием нескольких ключевых событий. В 2013 году вышел сериал Валерия Тодоровского «Оттепель», излишне идеализированный, но искренний. Тогда же в Музее Академии художеств Семён Михайловский представил выставку «Советский неореализм. 1953–1968», которая стала неожиданной и открыла путь для подобных проектов. В 2017 году Третьяковская галерея организовала масштабную экспозицию «Оттепель», а в 2023 году там же прошли «Образы счастья», унаследовавшие подход предшественников.
Планируя выставку, кураторы KGallery учитывали этот насыщенный контекст. Наиболее полным высказыванием должна была стать трилогия Третьяковки, но реализовались только две части: «Оттепель» и «Ненавсегда. 1968–1985». Проект о перестройке не состоялся, что некоторые сочли символичным. Разделение восприятия эпохи на «тёмную» и «светлую» стороны отразили выставки в Центре Вознесенского.
Поскольку миф об оттепели уже усложнился и проник в массовую культуру, задача для KGallery была непростой. Кураторы решили не вступать в спор о трактовках, а создать своё высказывание. «Долгая счастливая жизнь» отчасти перекликается с проектами Третьяковки, но больше напоминает калининградский «Дом китобоя» — частный музей советского быта, популярный благодаря иммерсивности и вниманию к деталям.
О чем получилась выставка в KGallery?
Ксения Бендина и Мария Романенкова, кураторы выставки, стремились показать, что привлекает в оттепели современных молодых людей. По их исследованиям, это внимание к частной жизни, культ чтения, активное участие в культурных событиях и восприятие города как безопасного пространства. Дизайн экспозиции, разработанный бюро «Katarsis», использует светлое дерево, сложные приглушённые цвета и камерные решения, подчёркивая ценность соразмерности человеку.
В отличие от центрального круга на выставке в Третьяковке, символизировавшего площадь Маяковского, в KGallery площадь представлена иначе, но логика движения линейна.
Как устроена выставка?
Посетитель следует по залам вместе с вымышленным персонажем — молодым человеком по имени Коля Коньков. Его «дневник», созданный при участии писателя Евгения Водолазкина, сопровождает каждый раздел.
Первый зал имитирует коммуналку с длинным столом, прорезающим перегородки. Ксения Бендина поясняет: «Первый зал напоминает тотальную инсталляцию, и посередине вы видите стол. Я здесь вспоминаю фильм „Москва слезам не верит“, в котором на свадьбе одной из героинь стол протягивали через несколько комнат». На столе размещены любительские фотографии из частной жизни того периода, а у стены стоит газовая плита, принадлежавшая Иосифу Бродскому.
Здесь же заметен карандашный портрет Регины Збарской работы Льва Збарского 1960-х годов из собрания Константина Эрнста. Многие свяжут этот образ с сериалом «Красная королева» о советской манекенщице.
Далее Коля Коньков ведёт зрителя по значимым культурным событиям: выставке Пикассо в Эрмитаже (1956–1957), спектаклю «Идиот» в БДТ с Иннокентием Смоктуновским (1957), «Вечеру творческой молодёжи Ленинграда» в Доме писателя (1968), где выступал Бродский. Экспонаты включают литографию «Голубь мира» Пикассо из Эрмитажа и рисунки самого поэта.
Ксения Бендина отмечает, что, несмотря на неоднозначные отзывы современников, выставка Пикассо оказала огромное влияние на советских художников.
Затем представлены букинистические издания от «Академии», включая книги из коллекции Александра Гачкова, среди которых тамиздатовский Набоков.
После условной триумфальной арки зритель попадает в «рюмочную» с литографиями Виктора Вальцефера из серии «Новый район» (1967). Завершается маршрут на «площади» с памятником поэту Геннадию Шпаликову, чей фильм дал название выставке. Монументальные ноги статуи упираются в потолок.
В последнем зале кураторы противопоставляют «светлую» и «тёмную» оттепель. Графика Милицы Чарнецкой, Веры Матюх, Валентина Бродского представляет оптимистичную сторону, а работы Михаила Шемякина и других художников — мрачную и экзистенциальную.
«Долгая счастливая жизнь» — это попытка избежать дискуссий о «правильном» изображении эпохи, которая ещё жива в памяти современников. Вымышленный дневник Коли Конькова не заменит реальных воспоминаний, но выставка предлагает увлекательное погружение в миф. Для полноты впечатлений полезно иметь культурный багаж, однако проект получился целостным и привлекательным.
