«Родители, вы помогаете не ФСБ, а себе»: как школьников втягивают в поджоги

По данным правоохранителей, на 16 июня 2026 года в Петербурге и Ленобласти несовершеннолетние совершили 15 поджогов. Задержаны 18 школьников — в некоторых эпизодах действовали группы. Возраст подозреваемых варьируется от 8 до 17 лет. В Петербурге произошло 9 поджогов, в Ленобласти — 6.

Динамика тревожная: за весь 2025 год зафиксировано 14 эпизодов, в 2024-м — 8, в 2023-м — 5. Средний возраст поджигателя снижается: в 2023 году он составлял 15,5 лет, в 2024-м — 14,5, в 2025-м — 13,5, а в 2026-м — уже 13 лет. Ожидается, что эта тенденция сохранится.

Сотрудник профильной службы ФСБ пояснил: «Стараемся не доводить до арестов несовершеннолетних. Это осознанное решение. Мы понимаем родителей, попавших в этот кошмар — это нормальные семьи, а дети ранее не попадались». На задержание поджигателя уходит от часа до суток, признается ребенок практически сразу после встречи с силовиками. Ни одного идейного или неадекватного несовершеннолетнего не выявлено.

Схема вовлечения детей стандартна: знакомство в онлайн-играх или чатах, просьба прислать фото дома, школы или остановки, затем в переписке появляется человек в форме с флагом Украины, угрожающий ракетным ударом по координатам или арестом родителей за госизмену. Испуганный подросток часто прекращает общение, но тут же появляется «сотрудник ФСБ», который предлагает участие в секретной контртеррористической операции — например, сжечь АЗС. В ходу и другие методы: детей заставляют обыскивать квартиру, искать ценности и отдавать их для погашения вымышленного ущерба.

Представитель ФСБ добавил: «Для снижения вовлечения детей мы прибегали к помощи любых экспертов, даже тех, кого считают псевдонаучными. Алгоритмы примитивны, но эффективны: неожиданный страх, переброс от одного „куратора“ к другому — и критическое сознание ребенка снято». Изъятые из телефонов аудио- и видеозаписи передавались психиатрам, детским психологам, гипнологам и даже специалистам по NLP.

Подходы региональных следственных органов различаются. В Петербурге все эпизоды квалифицируют как террористический акт (статья 205 УК), что грозит от 10 до 12 лет лишения свободы. В Ленобласти применяют часть 2 статьи 167 УК — умышленное уничтожение или повреждение имущества общеопасным способом, максимальное наказание — до 5 лет. В городе исходят из формального состава, в области считают, что умысел подростка не был направлен на террор, так как он был введен в заблуждение и полагал, что помогает ФСБ. Окончательное решение могут принять только глава СКР и прокурор России.

Из 13 несовершеннолетних, осужденных за поджоги с 2023 по 2025 год по статье «террористический акт», военные суды в среднем назначали 4,8 года лишения свободы (при санкции от 10 лет). Исключение — 14-летний школьник из Приморского района Петербурга, получивший в 2023 году 2 года. В октябре 2025 года 1-й Западный окружной военный суд, рассматривая дело восьмиклассника, поджегшего машину сотрудника МВД на Захарьевской улице, переквалифицировал статью 205 на 167, придя к выводу, что подросток не осознавал, что совершает теракт. Однако прокуратура опротестовала решение, и вышестоящая инстанция вернула статью 205, приговорив школьника к 5 годам. Верховный суд рассмотрит это дело 2 июля.

Директор школы №553 Фрунзенского района Анатолий Судаков рассказал: «Мы постоянно объясняем школьникам, как их вербуют и чем это заканчивается. Привлекаем экспертов, потому что дети привыкают к родителям и учителям. Недавно выступали представители Службы безопасности Газпрома — дети очень эмоционально реагировали на показ реакции родителей. К сожалению, родители не уделяют этому должного внимания».

Статистики предотвращенных поджогов нет, но полицейские знают, что те дети, которые после угроз звонят родителям, ничего не поджигают. Один из сотрудников подчеркнул: «Те, кто звонят родителям после угроз, ничего не поджигают. Следовательно, и не попадаются».

В ФСБ Петербурга настаивают: «Государство не может махнуть рукой на эту проблему, иначе последствия будут еще печальнее. Но главное — это родители. Они должны чуть ли не ежедневно разговаривать, объяснять, тренировать своих детей. Недавно при поджоге один мальчик чуть не сгорел. Этим родители, прежде всего, помогают не абстрактной для них ФСБ, а себе».