Китай: скорость, бизнес и правила дорожного движения

«Обалдеть» — именно это слово не выходило из головы на протяжении всех двух недель, проведённых в Китае. Поездка начиналась с ожидания драконов и небоскрёбов, но завершилась убеждением, что привычный ритм жизни — это замедленная съёмка. Китайцы с космической скоростью превращают в бизнес всё, что можно продать, и это поражает до глубины души.

Первое, что бросается в глаза после прилёта, — манера вождения. Китайские водители ведут себя так, будто правила дорожного движения написаны не для них. Перестроение с поворотником? Не слышали. Остановка на красный? Это для слабаков, ведь поворот направо разрешён всегда. Пешеход на зебре? В лучшем случае водитель притормозит и объедет — ведь над дорогой есть переходы, по которым и нужно ходить.

На трассах ситуация ещё более дерзкая. Отбойника нет, есть только разметка, поэтому водитель считает, что полоса существует, и мчится по встречной. Причём это не попытка обогнать — просто так удобнее. Возвращается в свою полосу он в последний момент, когда столкновение кажется неизбежным.

Клаксон заменяет поворотники: манёвры сопровождаются неистовыми сигналами. В России за такое вышли бы из машины, но в Китае мордобой запрещён законом. Максимум — плюнуть в обидчика. Поэтому местные водители движутся с буддийским спокойствием, не обращая внимания на какофонию вокруг.

Несмотря на это, аварий почти нет: за две недели я видела лишь одну — фургон въехал в разделитель, который явно появился недавно и выглядел временным.

Низкая аварийность объясняется не только штрафами, но и системой баллов. На год даётся 12 баллов, за проезд на красный снимают 6. Исчерпал лимит — права изымают, и чтобы вернуть их, нужно заново проходить обучение и сдавать экзамены. Кроме того, виновник ДТП оплачивает лечение пострадавшего из своего кармана — это могут быть сотни тысяч в пересчёте на рубли.

Россиянам, впрочем, беспокоиться не о чем: без регистрации прав в местной полиции за руль не пустят. А ещё в торговых центрах машины продают так же просто, как помаду — зашёл за футболкой, вышел с ключами.

Скутеристов в Китае больше, чем в Петербурге, и это повергает в оцепенение. Для них выделена отдельная полоса, но они всё равно ездят по тротуарам и переходам, причём в обе стороны, отчаянно сигналя. Электрические скутеры подкрадываются неслышно, поэтому подпрыгивать придётся постоянно.

Скутер стоит в среднем 2,5 тысячи юаней (примерно 30 тысяч рублей) при зарплате около 7 тысяч юаней. Поэтому на них ездят все — от хрупких девушек до стариков. Детей перевозят прямо между родителями, без кресел и фиксации: трёхлетку заталкивают между папой и мамой, старших — по одному спереди и сзади.

Россиянину без регистрации прав прокатиться не удастся: всё, что быстрее велосипеда, считается мотоциклом. За езду на мотороллере оштрафуют на 200–2 тысячи юаней (2,5–25 тысяч рублей), технику увезут на штрафстоянку, и за её вызволение тоже придётся платить.

Метро в Китае — отдельная вселенная. Это многоярусные галереи с лифтами и торговыми рядами внутри станций: кофейни, пекарни, магазины. Всё чисто, с гладким камнем, светодиодными панно и кондиционерами.

Пекинское метро строили открытым способом: вскрывали город, опускали конструкции и засыпали. С их населением это было просто — если у нас 10 человек с лопатами вынут 100 кубов земли за 25 часов, то в Китае 100 человек сделают это за 2,5 часа. Сейчас, конечно, работают проходческие машины.

Цифры впечатляют: в Пекине 30 веток, 541 станция, 909 километров путей. В Шанхае — 21 ветка, 508 станций, более 900 километров. У нас — 6 веток, 75 станций и 131 километр. По длине путей на душу населения китайцы опережают нас почти вдвое.

Входные группы при этом настолько скромные, что без значка «Метро» не догадаться, что это за будка.

Китайцы работают как настеганные. За пределами мегаполисов каждый клочок земли засеян — рисом, пальмами или плодоносящими тропическими кустами. Они сидят на полях и в ливень, и в зной, закрываясь от солнца так, что видны только глаза.

Скорость строительства поражает. Заповедник Янода площадью 123 квадратных километра со стеклянной смотровой площадкой возвели за 1 год и 7 месяцев. В Шанхае бригада за сутки построила тротуар с бордюрами и плиткой — пришли, разметили, положили, ушли. У нас на это ушло бы две недели.

Повсюду лозунги: «Работай на благо», «Развитие — путь к процветанию». Сначала думаешь, что это политинформация, но потом понимаешь — констатация факта. Иначе в стране с населением под 1,5 миллиарда без работы просто исчезнешь.

Коммерческая жилка у китайцев тонко настроена. Яноду отгрохали не из любви к искусству — прогулки туристов приносят казне сотни миллионов долларов ежегодно. И это не только про базары и торговые центры.

С коммерческого космодрома близ Вэньчана на острове Хайнань дважды в месяц запускают космические корабли, ещё одна ракета стартует с государственного комплекса. Расстояние между стартовыми площадками — пара-тройка километров.

Местные жители превратили запуски в прибыльное дело: на крышах домов устроены смотровые площадки с пластиковыми табуретками. Желающих проводить тайконавтов в космос — битком. Люди приходят семьями, с флагами и надувными тайконавтами, хором отсчитывают последние секунды и пребывают в общем воодушевлении.

Такой же восторг вызывают панды. В Пекине взрослые встречали криками каждый чих медведя, радостно смеялись, когда снимали на камеру его трапезу, и бежали за ним гуртом, если он перетекал из зала в зал. Вход в Дом панды в общий билет не входит — за него платят отдельно.

На личный отдых у китайцев лишь один день — воскресенье. Суббота отведена обязательному визиту к родителям, иначе — не по закону и не по феншую.

Жильё покупается не насовсем, а на 70 лет. Иностранцы тоже, причём только один объект. Земля не продаётся, а сдаётся в аренду — свою землю защищают, как завещала Великая Китайская стена. Но это уже другая история.