«Обязательный пейзаж»: история вида из окна на Покровку

Старый дом на Садовой, балкон выходит на площадь Тургенева. Местные называют это место Покровкой. Когда-то здесь стояла Покровская церковь, построенная в 1803 году архитектором Иваном Старовым в стиле классицизма. Среди её прихожан был юный Александр Пушкин с родителями. В 1934 году церковь разрушили. На этой же площади разворачивались события гоголевской «Шинели» — там ограбили Акакия Акакиевича.

В квартире, некогда коммунальной, жил художник Иван Сотников (1961–2015), с 1996 года — отец Иоанн. Он придумал акцию «Обязательный пейзаж». Участникам — не обязательно художникам — предлагалось запечатлеть вид из окна на площадь на любом материале: бумаге, картоне, холсте.

Акция началась в 1980-е и продолжается до сих пор. В семейном архиве хранится более сотни работ, пока недоступных широкой публике.

Всё началось после знаковой выставки ТЭИИ (Товарищества экспериментального изобразительного искусства) в октябре 1982 года.

«Тогда молодые и не очень экспериментаторы собирались в мастерской Бориса Аксельрода на углу Вознесенского проспекта и набережной Фонтанки, — рассказывает сын художника Тихон. — Сам он тоже постоянно там работал. И папа часто заходил к нему по пути между школами — общеобразовательной и художественной. Именно в таких квартирах тогда проходили выставки работ художников, которые не состояли в Союзе художников. И в такой атмосфере у папы родилась идея акции „Обязательный пейзаж“. Название обыгрывает формат, в котором работали ученики художественной школы: ведь и там, и в Академии учат работать с конкретными постановками, которые обязательны для всех. Акция, которую задумал папа, воспроизводила эту обязательность в духе экспрессионизма того времени. Как и всё, что делали эти художники, акция была хулиганской, но безобидной — в ней не было ничего политического или провокационного».

Тихон вспоминает, что Иван Сотников «всегда хорошо получалось мягко, завлекающе предложить человеку порисовать». Обычно речь шла о рисунках с натуры, а если об отвлечённых сюжетах — то чаще о библейских.

«Папа в них видел некую эпичность, красоту события, как может быть в фэнтези или фантастике, — говорит Тихон. — Нам, детям (а нас у папы восемь) папа тоже вот так мастерски предлагал рисовать. Обычно это было что-нибудь простое, например цветы в вазе. К „Обязательному пейзажу“ у него был тот же подход — он предлагал очень разным людям изобразить один и тот же вид. Перебирая больше сотни архивных работ, невозможно представить, что из коллекции выпадет хоть одна: все пейзажи друг друга взаимодополняют. Хотя многие из авторов были далеки от искусства».

«Обязательный пейзаж» был прост и понятен: чтобы заняться искусством, достаточно было взять в руки материалы и посмотреть в окно в комфортной обстановке в окружении приятных людей.

О начале акции на «Коломна фесте» рассказал художник и друг Ивана Сотникова Александр Флоренский. Первую выставку «обязательных пейзажей» в начале 1980-х задумал Сотников. Флоренский тогда находился в той же квартире и помогал развешивать работы. У выставки не было афиши, и, по словам Флоренского, «Ваня нарисовал на таком вот листе от руки афишу, силуэт вот того дома с башенкой, слева какое-то дерево и написал: „Обязательный пейзаж“, суббота, воскресенье. Это были дни, когда выставку мог посетить любой. Какое число это? Если б я помнил».

«Люди приходили, рисовали, это всё растянулось на два дня, — продолжает Тихон. — Работы тут же расставляли в квартире, выставка рождалась буквально на месте. Надо сказать, что в самой идее акции у папы, наверное, проявилась семейная склонность к театральности. Дело в том, что бабушкин брат (по папиной линии) Геннадий Сотников (1938–2007) был известным театральным художником. Думаю, он сильно на папу повлиял — в его работах есть ощущение сцены, также и папа вид из окна квартиры представлял в слегка театральном ключе».

На первый «Обязательный пейзаж» попали не все желающие — люди не поместились в квартире. Акция растянулась на годы. Вид из окна комнаты Сотникова снимали и фотографы, например Борис Смелов. По традиции авторы оставляли работу в квартире. Позже формат перенял (уже не в этой квартире) Александр Флоренский. Он закупил более ста холстов одинакового размера и давал художникам на них работать.

«Но отмечу, что Флоренский предлагал создавать свой пейзаж только художникам, а папа — всем, — подчёркивает Тихон. — Многие из тех, кому папа предлагал нарисовать „обязательный пейзаж“ на бумаге, картоне или холсте, были вовсе не художниками, а обычными людьми».

До конца 1990-х квартира оставалась коммунальной. Здесь жила Марина Петровна Сотникова (1930–2016) — мать Ивана Сотникова, многолетняя сотрудница Эрмитажа, ведущий российский нумизмат, специалист по древнерусским монетам. Иван Сотников с друзьями собирался у неё, когда она уезжала на научные конференции. В 1998 году последние коммунальные соседи решили продать свою комнату. Друзья Ивана помогли ему организовать выставку-продажу картин, чтобы выкупить эту комнату.

С «Пейзажем» связаны и художнические байки. Тихон рассказывает одну — про Тимура Новикова, который многие годы был другом и единомышленником Ивана Сотникова. Согласно легенде, когда Тимур написал свой вариант пейзажа, он посмотрел на работу и ворчливо сказал: «Слишком новая!». После чего выбежал вниз на площадь по ступенькам парадной и стал тереть работу о рельсы трамвайных путей, чтобы «состарить» её.

«Но в этом случае я рассказываю то, что слышал от очевидцев, — история из разряда легенд, — уточняет Тихон. — Как Тимур Новиков тёр „Обязательный пейзаж“ прямо о сам пейзаж».

Помимо театральности-перформативности и отсылки к формату художественной школы, «Обязательный пейзаж» — ещё во многом про демократичность, комфорт и приятное времяпрепровождение.

«В 80-е, 90-е, да и 2000-е годы к человеку, который стоит и что-то рисует на улице, непременно подходили любопытные прохожие, — рассказывает Тихон. — Это сейчас художники стали всем привычны на улицах города, а тогда человек, рисующий с натуры, вызывал интерес. Поэтому писать вид из окна в окружении близких тебе людей, с которыми тебе комфортно, конечно гораздо приятнее. Вообще для людей того времени то самое искусство, которое потом стало „ленинградским андеграундом“, поначалу было просто способом приятно проводить время. Многие из художников потом говорили: мы просто не могли не рисовать, не писать. У них не было далеко идущих мыслей о том, чтобы стать „настоящими“ художниками, учиться, проявлять себя».

Все «Обязательные пейзажи» разные, но ни в одном нет претенциозности. Кажется, это всегда лёгкие, бойкие, душевные работы.

Некоторые отражают приметы времени: большие яркие советские вывески «Ткани» — на площади было два больших магазина тканей, и художники их запечатлели. Старые фонари, которые смотрятся куда романтичнее нынешних, совсем мало припаркованных автомобилей — их тогда вообще было меньше. «Обязательный пейзаж» меняется, но по сути остаётся таким же, как в XIX веке, — даже повальное строительство мансард 90-х и 2000-х годов площадь не затронуло. В Коломне их много, но именно здесь они пейзаж не изменили.

В самой квартире, по словам Тихона, сейчас висит примерно вдвое меньше картин, чем было при жизни Ивана Сотникова. Более того, картины самого инициатора проекта на стенах появились после его смерти. Сам он всегда «выставлял» других художников.

Стены в «галерейный» белый цвет красил ещё сам Сотников, в квартире высокие потолки, и кажется, что сюда с удовольствием бы ходили посетители.

«Уже не раз звучала идея сделать здесь музейное пространство, это предлагали самые разные люди, — подтверждает Тихон. — Но, понимаете, предлагать легко… Я согласен с тем, что говорил и папа: люди должны видеть искусство, но сделать это сложно. Сразу встаёт вопрос об условиях, о хранении и прочем. Не случайно у музеев всегда такая масштабная инфраструктура. В квартире это сделать невозможно».

Сейчас архив «Обязательного пейзажа» отсняли и готовятся выложить на сайт, посвящённый Ивану Сотникову.

Анастасия Семенович, специально для «Фонтанки.ру»