Взрослые снова садятся за парту: тренды и мотивация

В 2025 году россияне в возрасте 40–44 лет стали самой многочисленной группой среди слушателей программ дополнительного профессионального образования. Всего через них прошли 8,4 млн человек, и около 63% получили новую квалификацию.

Участники круглого стола «Фонтанки» сошлись во мнении, что возраст все реже становится препятствием для учебы. Ключевые вопросы — мотивация, содержание программы и возможность применить знания на практике.

Запросы слушателей зависят от этапа карьеры. Декан бизнес-школы ИМИСП Юлия Коробкина отметила, что руководители среднего звена приходят на программы MBA ради карьерного роста. «Это развитие либо внутри текущей компании, либо переход в другую компанию или отрасль с повышением. Либо они сталкиваются с тем, что уперлись в потолок, и нужно дальше расти», — пояснила она. Для директоров и собственников задачи иные: выход на стратегический уровень, переосмысление роли лидера, развитие управленческих компетенций.

В Европейском университете аудитория шире. Руководитель отдела профессиональных программ Анна Гасанова рассказала, что слушатели чаще ищут горизонтальное развитие. «Взрослые люди, которые приходят на наши программы профессий — например, экскурсовода или куратора-искусствоведа, — хотят накопленный опыт и знания приложить к чему-то более практикоориентированному», — отметила она. Топ-менеджеры при этом стремятся к роли наставников и интересуются философией.

В Университете имени П. Ф. Лесгафта дополнительное образование часто необходимо для продолжения работы в профессии. Директор Института дополнительного образования Елена Михайлова пояснила: «Наш университет уже 130 лет учит физической культуре, спорту и здоровью. К нам приходят люди, которые любят спорт и движение. У многих спортивная карьера заканчивается после 20–25 лет, а дальше они переходят на тренерскую деятельность». В рамках федерального проекта «Развитие физической культуры и спорта» вуз должен обучить 1,5 тысячи человек на курсах повышения квалификации и 200 — на программах переподготовки.

Институт специальных знаний под руководством Аркадия Келарева готовит специалистов по расследованию ДТП и судебной экспертизе. «Очень много происходит ДТП, а специалистов, которые знают методы, методики, понимают, какие формулы применять при расследовании, очень мало», — подчеркнул он. Обучение построено на реальных материалах уголовных и гражданских дел, а аттестационная работа — это самостоятельное экспертное заключение.

Радикальная смена профессии после 30, 40 или 50 лет — реальная практика. Анна Гасанова отметила: «И правда: и в 30, и в 40, и в 50+ люди меняют профессию и открывают для себя новые горизонты. В культуре важны жизненный опыт и насмотренность, работодатели это оценивают». Состоявшиеся управленцы нередко уходят в науку или политику после пятидесяти.

В спорте типичный сценарий — переход спортсмена в тренеры, но бывают и резкие повороты. «Люди приходят в фитнес после того, как достаточно давно занимаются своим здоровьем. И говорят: «Я больше не хочу сидеть в офисе»», — рассказала Елена Михайлова. Самая многочисленная группа слушателей — люди от 30 до 40 лет. Отдельный растущий запрос связан с реабилитацией участников СВО, где востребована адаптивная физическая культура.

В Институте специальных знаний возрастных барьеров нет: на одном из недавних курсов учились слушатели 14 и 74 лет. Занятия проходят онлайн в вечернее время, группы формируются с учетом часовых поясов. Юристы, прошедшие обучение, часто становятся экспертами.

В бизнес-образовании новая профессия становится продолжением опыта. На программе DBA приходят те, кто хочет трансформировать накопленные знания в продукт для мира — как преподаватель, консультант или эксперт. Некоторые руководители после длительных программ открывают собственный бизнес.

Формат обучения зависит от профессии. В Университете Лесгафта теорию преподают дистанционно, но практические занятия и защита дипломов — очно. «Люди приезжают хотя бы дней на десять, чтобы научиться правильному выполнению упражнений, технике, страховке. Здесь очень много нюансов, ведь самое главное — не навредить».

Анна Гасанова считает, что в гуманитарном образовании граница между онлайном и офлайном стирается, но практика обязательна. «Слушая одни лекции, одну теорию, никакого навыка освоить не сможешь. Если вы выбираете программу и видите, что вам обещают работу с кейсами, реальными проектами, это хороший признак».

В ИМИСП длинные управленческие программы остаются очными — из-за нетворкинга. «Руководители приходят за совместной культурной программой. Четыре дня погружения в модуль — это еще много деловых контактов и связей», — говорит Юлия Коробкина. Аркадий Келарев убежден: «Невозможно онлайн научить человека вообще ничему, кроме теории». Поэтому в институте практику проходят на местах — например, на СТО, где выпускники часто остаются работать.

Искусственный интеллект стал драйвером переобучения. В Европейском университете сначала добавили разделы о применении ИИ, но затем возник запрос на осмысление технологий. «У нас родилась программа на пересечении философии, математики и компьютерных наук. IT-разработчики говорят: «Хочется наконец осознать, что происходит и что мы делаем, к чему толкаем человечество»».

В спорте ИИ используется для расчета нагрузки и анализа движений, поэтому появляются соответствующие курсы для тренеров. В судебной экспертизе нейросети не применяются для заключений — они должны быть научно обоснованными. «Определение скорости по видеозаписи мы можем провести за один день, тогда как у других экспертов на это уходит две-три недели. У нас многое автоматизировано, но ключевые параметры выставляются вручную».

В ИМИСП разработали регламент использования ИИ для слушателей, установив стандарты и этику. Слушатели учатся собирать ИИ-агентов и мультиагентные системы. «Чем выше ты поднимаешься как руководитель, тем меньше работаешь руками. Но руководитель должен понимать, где именно в его организации действительно нужен искусственный интеллект», — пояснила Юлия Коробкина.

Эксперты предложили критерии выбора. Аркадий Келарев советует обращать внимание на практическую составляющую и предостерегает от программ, обещающих «новую профессию за неделю»: «Мне постоянно приходят рассылки: 30 тысяч рублей, неделя обучения — и вы профессионал. Здесь точно стоит остановиться и подумать».

Анна Гасанова рекомендует изучать результаты обучения на сайте и проверять, как проходит итоговая аттестация. «Если в конце курса вам предлагают тест, он, скорее всего, не покажет, действительно ли человек освоил навык».

Елена Михайлова напоминает о необходимости образовательной лицензии: «Я представитель академического вуза, поэтому все-таки за то, чтобы учиться в организациях, которые получили лицензию». Документы должны попадать в федеральную информационную систему ФРДО. Она также предупреждает: «Бойтесь блогеров, которые дают советы без соответствующего образования. В фитнесе это особенно распространено».

Юлия Коробкина советует проверять аккредитации, рейтинги и уровень преподавателей — важно, чтобы это были бизнес-практики. Полезно изучить программу: кейсы, симуляции, проектную деятельность. «Надо смотреть, кто заявлен в программе, какой карьерный трек у человека. Полезно посмотреть и на выпускников — по их уровню можно судить об уровне образования и деловых связях».