Закрытие бизнеса в Петербурге: истории предпринимателей

Согласно исследованию ФОМа и НИУ ВШЭ, каждый третий предприниматель в России задумывается о продаже или закрытии своего дела. Издание «Фонтанка» собрало истории владельцев ресторанов, магазинов, парикмахерских и небольших производств из Санкт-Петербурга, которые приняли решение свернуть бизнес за последний месяц.

Анастасия Антонова, основатель магазина винтажной одежды Kirpis

Сообщение о закрытии офлайн-точки Kirpis появилось в социальных сетях. Основательница Анастасия Антонова объяснила: «Я закрываю офлайн-точку и полностью ухожу в онлайн. К сожалению, мой маленький „Кирпис“ не выдерживает обстановку в мире, а мне надо его сохранить. Смогу я его сохранить только так».

Магазин открылся в 2020 году как хобби и быстро стал популярным. В 2022 году продажи упали, и Антонова столкнулась с кризисом. В феврале 2025 года она переехала в пространство «Флигель» на улице Восстания, но после временного улучшения в ноябре того же года продажи снова резко снизились.

«Я точно не могу сказать, что случилось именно в ноябре. Возможно, это был накопительный эффект», — комментирует предприниматель. Она также отметила рост цен на поставки винтажных вещей из-за рубежа и увеличение расходов на аренду.

Теперь Kirpis переходит в онлайн-формат, отказываясь от большого опта и делая акцент на качественных вещах в минимальном количестве. Продажи будут вестись через «Авито» и «ВКонтакте». Сама Антонова продолжает работать кинооператором.

Владислав Жолудев, основатель бара Dead Poets

Бар Dead Poets, одно из культовых заведений на улицах Жуковского и Некрасова, закрылся в феврале 2026 года. В сообщении в соцсетях говорилось: «С тяжёлым сердцем сообщаем, что бар Dead Poets прекратил своё существование. 13 лет любви к бартендингу, к нашим гостям и к поэзии закончились сейчас — в феврале 2026».

Заведение открылось в 2013 году и славилось коктейлями, названными в честь поэтов, а также регулярными творческими вечерами. По словам основателя Владислава Жолудева, основная проблема заключалась в судебных спорах с арендодателем. Суд взыскал с бара долг в 2,8 млн рублей, а затем еще 2 млн, и расторг договор аренды.

Финансовые показатели также падали: в декабре 2025 года люди меньше тратили на корпоративы, а в январе-феврале 2026 оборот у многих заведений сократился на 30–40%. Жолудев решил не переезжать, а полностью закрыть проект, чтобы в будущем, возможно, открыть новый бар. Сейчас он управляет баром Douglas, который, по его словам, «занимается выживанием».

Дарья Демченко, семейный салон красоты «Расчеши»

Дарья Демченко работала как ИП на патенте, но с 2026 года, когда лимит дохода для освобождения от НДС снизили с 60 до 20 миллионов рублей, ей пришлось перейти на уплату НДС. Её оборот составлял около 45 млн рублей в год, и новая налоговая нагрузка оказалась непосильной.

«Когда стало понятно, что мы все переходим на НДС, мы посчитали всю финансовую модель и поняли, что мы не можем платить это. Поэтому один салон я закрыла и один салон продала как готовый бизнес», — рассказала она.

Расходы выросли: поставщики подняли цены из-за НДС, подорожали аренда, охрана, интернет и эквайринг. Рекламные бюджеты стали недоступными для маленького бизнеса. Кроме того, ограничение работы мессенджеров затруднило коммуникацию с клиентами.

«У нас был WhatsApp-бизнес, он интегрировался с нашей CRM-системой. Сейчас мы испытываем огромные сложности по работе с клиентской базой», — сказала Демченко. Последний оставшийся салон работает в минус, и запас прочности подходит к концу.

Согласно опросу «Опоры России», 94,7% малых и средних предприятий столкнулись с ухудшением условий ведения бизнеса по сравнению с прошлым годом. Ключевые данные опроса:

• Падение выручки в начале года отметили 68,7%.
• Рост налоговой нагрузки отметили 86,4% респондентов.
• О фактическом прекращении деятельности заявили 5,4% опрошенных.
• Полную готовность продолжать бизнес высказали только 23,7% предпринимателей.

Илья Литвяк, основатель бистро «Футура»

Бистро «Футура» закрылось 1 марта 2026 года, хотя пекарня при нём продолжит работу. Заведение открылось в 2019 году на территории технопарка «Ленполиграфмаш» и было известно собственной выпечкой и меню для завтраков.

Основатель Илья Литвяк объяснил решение закрытием: «Мы понимали, что надо как-то меняться. Менялись, сначала немного, потом сильно. И в итоге просто как бы „смерть от тысячи уколов“, в том смысле, что со всех сторон тяжело». Он отметил, что сейчас экономика стала принципиально другой, и управлять проектом дистанционно из Португалии стало сложнее.

Теперь владельцы сфокусируются на пекарне, которая, по словам Литвяка, «понятнее управляется, менее зависима от каких-то переменных и стабильнее себя чувствует».

Исследование ФОМа и НИУ ВШЭ показывает, что ожидания предпринимателей на первый квартал 2026 года ухудшились:

• 39% опрошенных сообщили о снижении доходов по сравнению с предыдущим кварталом.
• 29% заявили о нехватке выручки для покрытия прямых расходов.
• Доля компаний, работающих в режиме выживания, достигла 39%, что стало максимумом за пять лет.
• 52% считают, что положение их бизнеса ухудшится, тогда как улучшений ожидают лишь 12%.

Сергей, владелец производства мебели на заказ

Сергей создал мебельное производство в 2018 году, но осенью 2025 года заказы резко сократились. «У меня все резко замерло в конце октября — начале ноября и до сих пор особо не оживилось», — сказал он.

По его мнению, проблема не только в снижении платёжеспособности, но и в неопределённости: люди стали беречь деньги, ожидая развития ситуации. Повышение НДС на 2% привело к подорожанию по всей цепочке от производства до конечного покупателя.

«Закрываться очень не хочется, но работать в таких условиях просто нет смысла», — заявил предприниматель. Он объединился с другой компанией, уступив свой цех коллеге, но сохранив возможность работать на его мощностях при возвращении заказов.

Сергей считает, что в будущем останутся сегменты дешёвого масс-маркета и премиум, а средний сегмент пострадает больше всего.