35 лет сотовой связи: от первого звонка до массового рынка

Ровно 35 лет назад, в сентябре 1991 года, в Ленинграде началась коммерческая эра сотовой связи. Первый звонок по мобильному телефону в России совершил тогдашний мэр города Анатолий Собчак, поздоровавшись по-английски с мэром Сиэтла Норманом Райсом. Снимок с этим моментом стал историческим, а сама связь долго оставалась привилегией чиновников и бизнесменов.

До появления коммерческих операторов в СССР уже работала система «Алтай» — её вышка в виде гигантского гриба до сих пор стоит у Литейного моста. Но «Алтай» был ведомственным и не предполагал продажи услуг. «Дельта Телеком», запущенная в 1991 году, предложила рынку деньги: каждый разговор можно было монетизировать, и это стало главным отличием от советской архаики.

Оборудование для «Дельты» установили на башне «Алтая» на улице Комиссара Смирнова, а первый офис разместился в здании АТС на Чехова, 18. Сейчас там музей. Позже компания переехала на Большую Морскую, в помещения Университета Бонч-Бруевича.

В 1990-м однокомнатная квартира в спальном районе Ленинграда стоила около $1 тысячи, а «двушка» — $1,5 тысячи. Для сравнения: подключение к сотовой сети в 1991-м обходилось в $5 тысяч. В эту сумму входили аванс за минуты, услуга подключения, сам телефон и невозвратный залог около $300.

Минута разговора стоила $1, плюс абонентская плата — $200–300 в месяц. При официальном курсе доллара 59 копеек реальный обмен был 40–50 рублей за доллар. Минимальная зарплата составляла 70 рублей, а хороший оклад — 250. Получается, что вход в мобильный мир стоил около 250 тысяч рублей в сентябре и уже полмиллиона к декабрю.

Несмотря на цены, «Дельта Телеком» быстро росла: вместо прогнозируемых 750 абонентов к 1995 году обслуживала более 10 тысяч. Конкурентов у неё не было до самого перехода на цифру.

Аналоговая технология не позволяла подключать больше абонентов, поэтому в 1993 году в Петербурге появился «Северо-Западный GSM» (в Москве аналогично запустилась МТС). На преодоление бюрократических и технических препятствий ушло полтора года, и в январе 1995-го новая сеть начала работать. Минута в ней стоила 25 центов ночью и 35 днем, а подключение — около $1500. Операторы взяли курс на массовость.

Самый дешёвый телефон Siemens S6 стоил $179 долларов — против $2000 за первый Mobira. Появились тарифы с посекундной тарификацией и бесплатными первыми 5–10 секундами разговора. Этим пользовались экономные абоненты: они успевали передать сообщение за несколько секунд, но абонентскую плату платить всё равно приходилось.

Входящие звонки тоже были платными, а звонок на городской номер стоил дороже, чем внутри сети. Корпоративные тарифы стали отдельной историей: компании платили за сотрудников тысячи долларов в месяц, а на ресепшенах бизнес-центров лежали конверты с распечатками звонков.

К июню 1997 года «Северо-Западный GSM» обслуживал 34,5 тысячи абонентов, «Дельта» — более 33 тысяч. Третьим игроком стала FORA, работавшая на аналоговом стандарте AMPS. После смены владельца в 1997-м компания взяла курс на демократизацию: подключение — $8, минута в ночное время в выходные — 8 центов. FORA набрала около 10 тысяч абонентов, но в памяти осталась «третьим лишним».

Настоящая конкуренция началась в 2001 году с приходом МТС. Сначала москвичи предлагали 14 центов за минуту, но за год собрали лишь 22 тысячи абонентов. Тогда компания Владимира Евтушенкова установила цену в 1 цент за минуту внутри сети — это стало началом массового рынка.

С распространением сотовой связи вырос дилерский бизнес. Операторы сосредоточились на корпоративных клиентах, а подключение частных абонентов отдали посредникам. Дилеры получали от $10 до $30 за каждое подключение и 10% от платежей — этого хватало на достойную жизнь.

Телефоны тоже продавали дилеры. На рынок хлынуло изобилие моделей, и каждый выбирал по вкусу.

Глава ИАА «Рустелеком» Юрий Брюквин вспоминает: «35 лет назад мобильная связь казалась чем-то почти фантастическим: огромные по нынешним меркам аппараты, очень дорогие минуты разговора и сама возможность позвонить человеку, а не „в место“, воспринимались как технология из будущего. Мой первый мобильный телефон появился уже тогда, когда сотовая связь в Петербурге начала постепенно переставать быть атрибутом исключительно состоятельных людей и крупного бизнеса. На работе мне выдали Nokia 540i — именно с него началась моя собственная мобильная история. А спустя всего пару месяцев я купил первый личный телефон — Ericsson T28s. Для своего времени это был удивительный аппарат: маленький, тонкий, легкий, с откидным флипом — настоящий технологический шик конца 1990-х».

Руководитель ИАА Telecom Daily Денис Кучков делится историей: «Это был 2000 год, это Siemens C55, купил я его в „Телефоруме“, была такая компания, дилер. Подключился к „Мегафону“, было тогда два тарифа, „деловой“ и „простой“. Подключился на „простой“, там было даже 10 секунд бесплатно, чем я очень часто пользовался, поскольку тогда только начал трудиться, стоимость звонков была достаточно большой. Потом уже в общем-то пошло-поехало».

По словам Юрия Брюквина, «именно на рубеже 1990-х и 2000-х мобильная связь в Петербурге стала быстро превращаться из элитарной услуги в массовую. Конкуренция операторов, развитие GSM, снижение стоимости телефонов и тарифов сделали свое дело: мобильник перестал быть символом статуса и постепенно стал обычным средством связи. Сегодня трудно представить, что всего 35 лет назад вся эта огромная индустрия в России фактически начиналась с одного телефонного звонка».

Корреспондент «Фонтанки» купил свой первый телефон Alcatel 301 в 2001 году в подвале на Сенной площади, подключившись к МТС. Миллениалы, получившие трубку в те годы, до сих пор помнят модель — как первую любовь. Сотрудники редакции делятся воспоминаниями: у кого-то была Nokia 918, кто-то долго пользовался Siemens C55, а кто-то до сих пор хранит коллекцию старых аппаратов, включая раскладушки и слайдеры.

А вы помните свой первый телефон? Расскажите, что это было, и правда ли, что он был лучше того, что у вас сейчас?