Российский бензин не зависит от мировых нефтяных качелей

Несмотря на резкий рост цен на нефть марки Brent в начале марта 2026 года, вызванный эскалацией напряжённости вокруг Ирана и блокадой Ормузского пролива, стоимость бензина на российских АЗС осталась практически неизменной. Это произошло потому, что внутренняя система ценообразования давно не привязана напрямую к котировкам на международных биржах, особенно в условиях санкций.

Российские нефтеперерабатывающие заводы не закупают сырьё на мировом рынке. Они работают в рамках вертикально интегрированных компаний, получая нефть, включая марку Urals, по трубопроводам напрямую от добывающих подразделений. Это изолирует их от спекулятивных колебаний на глобальных площадках.

Цены на нефтепродукты внутри страны формируются через рыночные механизмы, в том числе на Санкт-Петербургской международной товарно-сырьевой бирже (СПбМТСБ), где устанавливается публичный индикатор. Однако основная масса топлива продаётся по прямым контрактам, часто между дочерними структурами одних и тех же холдингов.

В начале марта 2026 года оптовые цены на бензин показали умеренный рост. Со 2 на 3 марта биржевая стоимость АИ-92 в европейской части России увеличилась на 2,65%, до 61,8 тыс. рублей за тонну, АИ-95 — на 2,6%, до 65 тыс. рублей. Дизельное топливо подорожало на 0,7–1,8%, а мазут — резко, на 27%, до 19,9 тыс. рублей за тонну.

По словам отраслевого эксперта, процитированного изданием, скачок биржевых цен примерно на 1000 рублей за тонну стал реакцией не на реальный дефицит, а на ожидания роста экспортного спроса из-за новостей с Ближнего Востока.

Главная причина слабой связи мировых цен с розничными — налоговая нагрузка, которая составляет более половины конечной стоимости литра бензина. В неё входят:

• НДПИ (налог на добычу полезных ископаемых),
• акцизы,
• НДС,
• различные бюджетные и демпфирующие механизмы.

Эти составляющие не зависят от ежедневных колебаний котировок Brent или Urals.

Даже в цене готового топлива доля самой нефти-сырца относительно невелика. К ней добавляются затраты на переработку, транспортировку, зарплаты, инвестиции в модернизацию, а в последние годы — расходы на безопасность и восстановление инфраструктуры после возможных атак.

Более того, цена российской нефти теперь формируется не на бирже, а в закрытых договорённостях с партнёрами из дружественных стран. Например, по последним доступным данным таможенной статистики, в декабре средняя цена поставок сырой нефти в Китай составляла 56,7 доллара за баррель.

Рост мировых цен также не гарантирует подорожания бензина на заправках. В России действует демпферный механизм: государство компенсирует компаниям часть недополученной прибыли при продажах внутри страны, если экспорт становится сверхвыгодным, чтобы сдерживать рост цен.

Розничная стоимость больше зависит от внутреннего баланса спроса и предложения. Сезонное увеличение поездок, например с апреля, традиционно повышает спрос и может оказывать давление на цены.

На заправках Санкт-Петербурга по состоянию на 3 марта 2026 года значительных скачков не зафиксировано. В среднем АИ-92 стоил 63,16 рубля за литр, АИ-95 — 68,2 рубля, дизельное топливо — около 77 рублей.

«У нас как обычно: нефть дорожает — топливо дорожает, нефть дешевеет — топливо тоже дорожает. Но это, конечно, шутка. Дело в том, что в цене топлива не только стоимость нефти: переработка, доставка. Увеличились издержки... и доля акцизов», — пояснил эксперт.

Он отметил, что санкции привели к потерям доходов нефтяных компаний на внешних рынках, и для наполнения бюджета приходится компенсировать это внутри страны, что влияет на цену бензина.

Федеральная антимонопольная служба контролирует процесс, требуя обоснования любого повышения и следя, чтобы рост не превышал уровень инфляции. Например, рост цены на бензин «Роснефти» с 60,2 рубля в январе 2025 года до около 68 рублей в марте 2026 года укладывается в официальную инфляцию 12–13%.

Директор Петергофской нефтебазы, президент «Нефтяного клуба СПб» Марат Муртазин напомнил, что у Минэнерго есть оперативные рычаги: «в случае необходимости они могут быстро закрыть экспорт и перенаправить топливо на внутренний рынок». В прошлом году временный запрет на экспорт бензина помог предотвратить дефицит, хотя и не привёл к снижению цен.

Таким образом, в начале 2026 года российский рынок бензина продолжает жить по своей логике, определяемой налоговой политикой и внутренним балансом, а не геополитическими новостями. Чтобы топливо заметно подешевело, потребовалось бы изменение налоговой нагрузки или структуры рынка, чего в ближайшей перспективе не ожидается.