Жизнь и смерть шахматного гения Алехина

Ровно восемьдесят лет назад ушёл из жизни Александр Алехин — первый россиянин, завоевавший мировую шахматную корону. Прожив всего 53 года, он оставил после себя славу непобедимого чемпиона и мастера атакующего, зрелищного стиля. Как отмечал югославский гроссмейстер Милан Матулович, игра Алехина «держала публику в таком же напряжении и доставляла такое же удовольствие, как футбольный матч».

Алехин родился в Москве в обеспеченной семье: его отец был предводителем воронежского дворянства, а мать — дочерью текстильного фабриканта. Фамилию правильно произносить через «е», хотя распространена ошибка с буквой «ё». Интерес к шахматам у Александра, как и у его старшего брата, проявился в детстве. Сам он вспоминал: «Я почувствовал непреодолимое стремление к шахматам и сохранил его на всю жизнь».

Уже в 14 лет он выиграл первый приз в турнире по переписке. В 15 лет начал играть в московском шахматном кружке, а в 17 лет победил на Всероссийском турнире любителей, получив в награду фарфоровую вазу от императорской семьи.

Пик шахматной жизни в дореволюционной России пришёлся на весну 1914 года, когда в Петербурге состоялся международный турнир с участием сильнейших игроков мира, включая действующего чемпиона Эммануила Ласкера. Композитор Сергей Рахманинов шутил, что если Петербург провалится во время этого соревнования, «на свете не останется ни одного великого шахматиста». Турнир выиграл Ласкер, вторым стал кубинец Хосе Рауль Капабланка, а третье место неожиданно занял выпускник Императорского училища правоведения Александр Алехин, только что получивший назначение в Министерство юстиции.

С началом Первой мировой войны Алехин находился на турнире в немецком Мангейме. Соревнования прервали, его как лидера признали победителем, но как российского подданного — интернировали. Ему удалось бежать через Швейцарию и Швецию на родину. В 1916 году, имея «белый билет», он добровольцем отправился на фронт, служил в Красном Кресте, получил тяжёлую контузию и был награждён двумя Георгиевскими медалями и орденом Святого Станислава за спасение офицера.

После Октябрьской революции Алехин, лишившийся имущества, уехал из Москвы в Одессу, но там попал под подозрение ЧК и чудом избежал расстрела. Вернувшись в столицу, он некоторое время работал в Московском уголовном розыске (МУРе) — то ли следователем, то ли архивариусом, поражая коллег феноменальной памятью. Позже его знание нескольких иностранных языков пригодилось в Коминтерне. Эта служба в будущем станет для него тяжким грузом в эмигрантских кругах.

Несмотря на всё, Алехин оставался прежде всего шахматистом. В 1920 году он стал первым чемпионом Советской России. В 1921 году Капабланка победил Ласкера и стал чемпионом мира, получив в прессе титул «непобедимого». Алехин, не согласный с этим, не мог вызвать его на матч. Ситуация изменилась, когда он, работая в Коминтерне, женился на швейцарской социал-демократке Анне-Луизе Рюгг и получил разрешение на выезд за границу. В СССР он больше не вернулся.

Оказавшись на Западе, Алехин с головой погрузился в турнирную жизнь и послал вызов Капабланке. Тот выдвинул жёсткие условия: претендент должен был найти крупный призовой фонд и выиграть шесть партий, при том что кубинец не проигрывал годами. Деньги удалось собрать с помощью аргентинского президента, который настоял на проведении матча в своей стране.

Перед матчем 1927 года аргентинская пресса предрекала быстрый разгром русского шахматиста. Однако всё пошло не по плану Капабланки: Алехин выиграл первую же партию. В ходе изнурительного поединка, длившегося более двух месяцев, он страдал от острой зубной боли, ему удалили шесть зубов, но он выстоял. Алехин одержал шесть побед против трёх у кубинца и стал четвёртым чемпионом мира. Побеждённый Капабланка не явился на церемонию награждения, отправив лишь короткую поздравительную записку.

Вернувшись в Париж триумфатором, Алехин получил французское гражданство. В СССР надеялись на его возвращение, но все мосты были сожжены после банкета в Русском клубе Парижа. Эмигрантские газеты приписали чемпиону фразу: «Пусть рассеется миф о непобедимости большевиков, как рассеялся миф о непобедимости Капабланки». Сам Алехин позже то отрицал эти слова, то выступал с критикой СССР, то посылал в Кремль поздравления. Советская сторона назвала мероприятие белогвардейской пропагандой, а его старший брат Алексей публично отрёкся от него.

Следующие семь лет Алехин доминировал в шахматном мире, устанавливая рекорды. В 1934 году в Чикаго он провёл сеанс одновременной игры вслепую на 32 досках, выиграв 19 партий. Однако в его жизни началась чёрная полоса: развилось пристрастие к алкоголю. В 1935 году он неожиданно проиграл матч за звание чемпиона мира голландцу Максу Эйве. Но взяв себя в руки и отказавшись от спиртного и сигарет, Алехин в 1937 году в матче-реванше разгромил Эйве, вернув себе корону.

В 1939 году, будучи капитаном французской сборной на шахматной Олимпиаде в Аргентине, Алехин, узнав о начале Второй мировой войны, снял команду с турнира, запретив играть с немцами. Вместо того чтобы остаться в Южной Америке, он вернулся в Европу, вступил во французскую армию, попал в плен, но был отпущен немцами. Чтобы содержать себя и жену, оставшуюся фактически заложницей во Франции, он был вынужден участвовать в турнирах на оккупированных территориях.

Его репутацию окончательно подорвала публикация в нацистской прессе в 1941 году статей под названием «Еврейские и арийские шахматы». После войны Алехин утверждал, что текст был сфальсифицирован, но большинство шахматистов ему не поверило. Против него была создана специальная комиссия во главе с Максом Эйве.

Последние годы Алехин, чей авторитет был подорван, жил в бедности в Португалии на средства меценатов. В ноябре 1945 года он получил приглашение на турниры в Англию и согласие от Михаила Ботвинника на матч за звание чемпиона мира. Однако из-за протестов приглашение отозвали, что вызвало у Алехина сердечный приступ.

Утром 24 марта 1946 года его нашли мёртвым в номере отеля в Эшториле. Он сидел в кресле перед столом с едой и шахматной доской. Официальные версии смерти противоречили друг другу: паралич сердца или удушье из-за куска мяса. Обстоятельства породили множество конспирологических теорий:

• Сын Алехина винил «руку Москвы».
• В СССР подозревали американцев.
• На Западе говорили о мести за коллаборационизм.

В 1956 году прах шахматиста перевезли в Париж и перезахоронили на кладбище Монпарнас при участии делегации из СССР. На памятнике выбито: «Александр Алехин. Гений шахмат России и Франции». В истории лишь двое чемпионов мира не носили приставку «экс»: американец Роберт Фишер, который отказался от титула добровольно, и Александр Алехин, умерший непобеждённым.