Люди спасли побережье Черного моря после разлива мазута

Плановая экспедиция Института океанологии имени П.П. Ширшова РАН (ИО РАН) недавно завершила работу у побережья Краснодарского края. Это уже пятая научная поездка, нацеленная на прибрежный морской мониторинг, в том числе на оценку последствий масштабного разлива мазута в Черном море.

Напомним: 15 декабря 2024 года во время шторма в Керченском проливе потерпели крушение танкеры «Волгонефть-212» и «Волгонефть-239». Тогда в море вылились тысячи тонн нефтепродуктов. Весной 2026 года ученые изучали акваторию у Геленджика (карбоновый полигон), а также продолжили химический и биологический мониторинг на пляжах Анапы — от уреза воды до дюн. Окончательные выводы появятся через два-три месяца после лабораторных исследований, но предварительные итоги корреспонденту MSK1.RU обрисовал Филипп Сапожников, кандидат биологических наук, ведущий научный сотрудник Лаборатории экологии прибрежных донных сообществ ИО РАН.

Сапожников отметил: в августе 2025 года были проведены последние наблюдения и отбор проб для нефтехимического и биологического мониторинга. Теперь, спустя восемь месяцев, лабораторные исследования показывают существенное снижение концентрации компонентов нефтехимического загрязнения в грунте и придонной воде. Уже в конце августа 2025 года плавающих сгустков мазута не регистрировали — в отличие от апреля того же года. Некоторые тяжелые компоненты разлагаются медленно, их остатки все еще встречаются на дне, но основную массу удалось убрать. Крупные проявления мазута сейчас наблюдаются только на сетях, задерживающих нефтепродукты на пути к берегу.

В этой экспедиции ученые работают совместно с Владимиром Каляевым из «Сколтеха», который разработал полипропиленовые сети для улавливания тяжелых фракций мазута. Новую модификацию сетей установили на сваях пирса у Анапы, не мешая рыбам. Через месяц проверят, сколько мазута на них налипло.

«Сейчас мы смотрим, что происходит после механической очистки прибрежного мелководья, и видим, что микробентос и водоросли на этих территориях, к счастью, продолжают развиваться. На наших глазах группа 3–4 дельфинов-афалин охотилась за кефалью в прибрежной воде, где мы брали пробы. Экологическая система продолжает справляться с последствиями проникновения загрязнителей в воду и дно: микроводоросли, моллюски, раки, черви, рыбы восстанавливаются гораздо быстрее, чем можно было предположить», — подчеркнул ученый.

Предположения о том, что восстановление займет десятки лет, оказались излишне пессимистичными. Сапожников пояснил: «Эти мрачные прогнозы не сбылись только потому, что люди самоотверженно бросились убирать побережье и морское дно. К сожалению, полностью удалить мазут из грунта невозможно: он распределился неравномерно и где-то остался под слоем песка, особенно на глубинах ближе к 5–10 метрам. Поэтому сегодня, когда ходишь по берегу в сапогах, на них остаются характерные буроватые пятнышки». Насколько мазут разложился, покажут результаты аналитической лаборатории.

Крымские пляжи, по словам Сапожникова, пострадали в той же степени, что и анапские, но протяженность загрязнения оказалась меньше. Добровольцы вместе со спасательными службами очищали побережье Керчи, Севастопольских бухт, Евпатории и Феодосии, куда течение принесло мазут зимой. В мае 2025 года был второй выброс на пляжи Керчи, и люди снова вышли на уборку. Сейчас пострадавшие крымские пляжи максимально очищены от нефтепродуктов.

Пока экспедиция ИО РАН изучала последствия разлива 2024 года, у берегов Краснодарского края произошли новые аварии. 11 апреля 2026 года случился разлив нефтепродуктов из танкера в десятках километров от Анапы, а в конце апреля из-за атаки дронов на морской терминал нефтепродукты попали в реку Туапсе и затем — в море.

Сапожников комментирует: «Техногенная катастрофа налицо, а как с ней получится справиться — покажет время. У меня нет первичных данных о том, что именно и в каких количествах вытекло в море. Если мы говорим о сырой нефти, то она, попадая на берег, ложится пленкой на песок и пропитывает его толщу, что очень затрудняет ее уборку. Поэтому главная задача — не дать нефти попасть на берег». По его словам, при благоприятном ветре пятно растягивается на большой акватории, пленка истончается до микронов и быстро окисляется под солнцем, а нефтеперерабатывающие бактерии съедают ее за 2–3 недели.

Несмотря на установленные боны, часть нефти из Туапсе все же попала на берег из-за ливней, поднявших уровень реки. Сейчас пятно растянулось на сотни километров. «Боны — это важный инструмент спасения берегов, огораживать ими разливы нужно, но не всё, к сожалению, можно спасти бонами. Если нефть попала на берег — справиться с ней значительно труднее. Но всё же сырая нефть разрушается быстрее, чем техногенно полученный из нее мазут — это самый тяжелый продукт. Но для оптимистичного взгляда на происходящее у берегов Туапсе — еще рано. Пока идет механическая уборка, все компетентные службы, волонтеры и добровольцы очищают берега. И только после этого можно будет проводить исследования, чтобы понять, насколько большой урон понесла экосистема», — отметил Сапожников. Он добавил, что на пляжи Туапсе пришел и мазут, страдают птицы, собаки, кошки, люди экстренно убирают его лопатами, работая круглосуточно.

На вопрос о том, можно ли будет купаться летом у берегов Анапы и Туапсе, ученый ответил: «Люди уже купаются на анапском побережье, невзирая на холодную воду в апреле, я это видел. Пачкают ноги, но идут в воду. Человека невозможно остановить, если он уже приехал отдыхать на море весной. Мы, как ученые, изучаем изменения среды, даем оценку жизнедеятельности биологических сообществ, отслеживаем изменения концентраций вредных веществ. А разрешение на массовое купание и работу пляжей может дать только Роспотребнадзор. Перед началом летнего сезона его специалисты проводят комплексный набор исследований о пригодности пляжей и по результатам делают выводы».